Маленькая и враждебная Эстония: почему надежда на Россию умрет последней

© Sputnik

Москва готова сотрудничать с Таллином "на основе уважения друг к другу" и соблюдения прав русских в Эстонии. Но готова ли Прибалтика к такому формату сотрудничества?

На вручении в Кремле верительных грамот послам иностранных государств, среди которых был и новый посол Эстонии в России Маргус Лайдре, президент России Владимир Путин выразил готовность Москвы сотрудничать с прибалтийской республикой "на основе уважения друг друга и соблюдения прав российских соотечественников в Эстонии", сообщает RT.

Вот слова президента РФ: "В Эстонии проживает много наших соотечественников, и мы исходим из того, что на них в полной мере будут распространяться единые европейские стандарты в области прав человека".

© РИА Новости
Президент РФ Владимир Путин и чрезвычайный и полномочный посол Эстонской Республики Маргус Лайдре (второй слева) на церемонии вручения верительных грамот послов иностранных государств, 11 октября 2018

Ключевое слово здесь – "исходим". То есть Москва фиксирует, что в Эстонии эти стандарты в области прав человека в отношении соотечественников не соблюдаются, что препятствует нормализации межгосударственных отношений. Иными словами, мяч находится на эстонской стороне, и Россия ждет от нее корректного "паса" в свою сторону.

Baltnews.ee попросил прокомментировать заявление Владимира Путина президента Российской ассоциации прибалтийских исследований Николая Межевича: "Россия готова сотрудничать с Эстонской Республикой на основе уважения интересов друг друга, и рассчитывает на соблюдение прав соотечественников в Эстонии… подобная позиция – единственно возможная". Но тут же продолжил: "Существует стандартное дипломатическое уравнение, при котором заведомо более сильное государство по многовековой дипломатической традиции должно с каким-то пониманием и смирением относиться к выходкам государства маленького и откровенно враждебного. Если Россия займет позицию активного противостояния Эстонской Республике, нам скажут, что мы неадекватно выбираем себе противников и привязываемся к Эстонии, которая по размерам равна одному крупному району Санкт-Петербурга". И завершил: "Другое дело, что применительно к Эстонской Республике эти ожидания никогда не оправдываются. Но, как говорится, надежда умирает последней".

Странная позиция. Зачем ждать того, что никогда не сбудется? Зачем объяснять или все же оправдывать отказ от "активного противостояния" Эстонии? Владимир Путин об этом не говорил! И даже такая деталь – зачем лишний раз и походя намекать страдающему от комплексов "национальной неполноценности" задиристому соседу на его карликовость?

По Межевичу, Россия вынуждена если не закрывать глаза на признаваемую ею дискриминацию русского и русскоязычного населения Эстонии, то не реагировать на это радикально. Но это дезориентирует местное русское и русскоязычное население и его общественные организации, которые еще не потеряли надежды на помощь России (на Евросоюз давно махнули рукой) в отстаивании своих прав в условиях жестких ограничений, установленных местной этнократией и "латентным полицейским государством". 

Более того, заявление Николая Межевича фокусирует внимание на том, что это население стало заложником мстительности ЭР и всепрощенчества РФ.

"Пьяный вояж" и "пьяный договор"

Да, к беде привела политика Ельцина-Козырева в первой половине 90-х годов прошлого века, когда "активное противостояние", точнее, способность России настоять на соблюдении прав человека в отношении неэстонского населения, и прежде всего около ста тысяч граждан РФ, была более чем реальной. Например, условием вывода подразделений бывших Вооруженных сил СССР из Эстонии могли стать загодя закрепленными документами договоренности. Это, прежде всего, гарантирование социально-экономических и политических прав русских и русскоязычного населения. Такие соглашения, и далеко не совершенные, были заключены лишь много лет спустя с большим скрипом и уже под диктовку Таллина.

Обманула Эстония и со статусом неэстонцев, кардинально ограничив предоставление гражданства основной части русского и русскоязычного населения. Отсюда и нынешняя проблема безгражданства, охватывающего 7% (около ста тысяч жителей Эстонии – прим. автора).

И хотя сегодня Таллин ссылается на давно принятый закон, который беспрепятственно позволяет получить гражданство – надо только сдать экзамены на владение государственным языком и знание Конституции ЭР, тот же Таллин делал еще и все, чтобы отбить охоту у русских и русскоязычных жителей стать гражданами Эстонии. Создавалась психологическая атмосфера (русских называли "оккупантами", "перекати-поле", "чужаками"), осуществлялись меры, ограничивающие нормальное обучение эстонскому языку (параллельно в обществе царила русофобская истерия из-за недостаточного владения "приезжими" государственным языком), принимались законы, массово ограничивавшие социально-экономические права неэстонцев, уже не говоря про гражданские и политические права. Вся эта "вакханалия" бесправия существует и по сей день.

Трагическим для русских и русскоязычных жителей стал "пьяный договор", заключенное в январе 1991 года между Эстонией и Россией соглашение "Об основах межгосударственных отношений РСФСР и ЭР". Его подписал тогда еще председатель Президиума Верховного Совета РСФСР Борис Ельцин. В Эстонии приезд Ельцина в Таллин назвали "пьяным вояжем". Эстонская сторона буквально споила русского гостя, и тот подмахнул документ не глядя. Отменил он и визит на ставший оплотом русского противостояния столичный завод "Двигатель". Тут его напрасно ждали до глубокой ночи, как выяснилось позже, преданные Ельциным сотни и сотни соотечественников – кортеж с "отцом родным" уже мчался в Ленинград. Даже тот факт, что в документе местом подписания указана Москва, а подписали его в Таллине, говорит о том, что Ельцин сам торопил Эстонию "разойтись как в море корабли", совсем забыв про 40% населения – русских и русскоязычных советских людей, которые в одну ночь оказались "на бобах": вне России и без гражданства. За все это благодарный Таллин открыл в Старом городе памятную доску, посвященную Ельцину.

Таллин обвел Москву вокруг пальца

В этом давно забытом сегодня договоре записано, что стороны признают неотъемлемое право на государственную независимость, намереваются создать равноправные, взаимовыгодные и дружественные межгосударственные отношения, подтверждают верность целям и принципам Устава Организации Объединенных Наций, свидетельствуют приверженность соблюдению международных норм, зафиксированных в документах ООН о правах человека. И что? Сегодня ясно, что эстонская сторона соблюла только одно обязательство – право на независимость.

Особенно цинично отношение Таллина к статье III, кстати, никем не отмененного договора. В ней сказано, что РСФСР и ЭР гарантируют "своим гражданам, независимо от их национальности или иных различий, равные права и свободы". Сегодня это вызывает гомерический смех, так как это обязательство не выполняется в полной мере даже в отношении тех русских и русскоязычных, которые взяли гражданство в порядке натурализации. Далее, жившим на тот момент на территориях России и Эстонии гражданам СССР гарантировали сохранить или получить гражданство как РСФСР, так и ЭР при их свободном волеизъявлении. И что было уж совсем легкомысленно, так обещание о том, что "конкретные вопросы гражданства, представляющие обоюдный интерес, будут согласованы в особом двустороннем соглашении, базирующемся на основах международно-правовых норм".

И где это соглашение? Его нет потому, что эстонская сторона, подписывая предложенный Москвой текст договора, уже знала, что она казуистически истолкует его положения о гражданстве.

  

В Москве не учли общепризнанного: гражданство не предоставляют автоматически, его дают по "личному волеизъявлению". В Эстонии было сделано все, чтобы такое желание выказало как можно меньше "оккупантов". И, главное, были приняты законы, ограничивавшие предоставление эстонского гражданства "иноземцам". То есть Таллин обвел Москву вокруг пальца, показал, как говорят, эстонцы "длинный нос". 

Стопроцентной гарантией того, чтобы Россия признала независимость Эстонии, могло бы стать сохранение под флагом РФ военно-морской базы в Палдиски, где располагался всесоюзный центр подготовки кадров для атомного подводного флота Советского Союза.

Как минимум, можно было поставить условие, что база будет стоять до тех пор, пока не будут заключены договоры о признании русского языка государственным, сохранении образования на русском языке, предоставлении русским культурно-национальной автономии. И, что крайне важно, это – законодательное признание нулевого варианта гражданства, то есть автоматическое, без каких-либо условий, предоставление его по уведомлению заявителя. Да много что еще… Например, настоять на нейтралитете Эстонии.


Увы, об этом тогда не подумали.

От призывов до исполнения закона

Но это – в прошлом. Впрочем, трудно назвать, как это назвал Межевич, "выходками государства маленького и откровенно враждебного" и сегодня пронизанное русофобией тотальное непризнание Эстонией субъектности местного русского и русскоязычного населения, которое считает естественным свою "второсортность". Ибо борьбу за равноправие (даже не равенство!) внутри Эстонии последовательно и жестко нейтрализуют охранка и эстонская этнократия с ее идеологией моноэтнизма.      

А потому нет оснований считать, что России остается только призывать международную общественность и СМИ, профильные международные структуры – ООН, ОБСЕ, Совет Европы и ЕС – обращать внимание на дискриминацию национальных меньшинств Прибалтики, в частности русских.

России и сегодня есть, где развернуться. Нужно лишь усиление системной и мотивированной работы. Пример тому – повышение в последние год-два эффективности СМИ, работающих на Прибалтику. Резервов хватает.  

В федеральном законе "О государственной политике Российской Федерации в отношении соотечественников за рубежом" сказано, что координационные советы соотечественников в странах их пребывания призваны представлять интересы соотечественников за рубежом в органах государственной власти. Причем такая деятельность "проводится… с учетом законодательства государств проживания соотечественников". Но Координационный совет в Эстонии (КСРСЭ) видит свое предназначение в том, "чтобы не создавать какие-либо напряжения в обществе… основное, что мы преследуем – это человеческие ценности". Но борьба за эти "ценности" как раз и вызывала и вызывает напряжение в обществе. Увы, такой самообман, с учетом проживания в Эстонии на постоянной основе около ста тысяч граждан РФ, надо преодолевать и решительно.

Так же, как надо выполнять обещания реализовать в условиях скрытного, но постоянного и целенаправленного удушения Эстонией образования на русском языке создание в той же Эстонии одного из пяти вариантов школы с русским языком обучения за рубежом.  

Смирение к ракетам?

О нехватке подлинного интереса к "русскому вопросу" в Прибалтике и напористости в устранении бесправия нацменьшинства говорит и поверхностное понимание процессов, происходящих в русском и русскоязычном сегменте населения Прибалтики. Взять отношение к недавней победе партии "Согласие" на парламентских выборах в Латвии, возглавляемой мэром Риги Нилом Ушаковым. Она вызвала чуть ли не восхищение многих политологов и политиков на околополитических шоу федеральных каналов в России. Они посчитали эту партию (как и Центристскую в Эстонии) пророссийской, хотя их пророссийскость заключается лишь в том, что ее электорат в основном русский, который из-за бессилия сопротивляться русофобии и дискриминации вынужден соглашаться с имитацией этими партиями защиты "русских" прав и интересов. При этом ни электорат, ни некоторые московские политологи даже не отдают отчета в том, что эти "пророссийские" партии ратуют за размещение в Прибалтике американских ракет "Пэтриот", возвращение Крыма Украине, продолжение санкций против России, примирение с государственной политикой ущемления прав русского и русскоязычного населения, включая основы основ демократии – избирательное право.

В этом смысле позиция Николая Межевича оказывает "медвежью услугу" России и русским/русскоязычным общественно-политическим силам и деятелям. Она оправдывает недостаточное использование резервов в работе с российскими соотечественниками Эстонии и Прибалтики, считая их неизбежными (мол, процесс – все, а цель – ничто) и допускает, что дефицит политической воли можно заслонить "многовековой дипломатической традицией". То есть быть снисходительным к врагам, даже маленьким, но крайне злобным.

Но ведь и реально опасным для России! Так, с размещением в Эстонии американских ракет "Пэтриот" их подлетное время до Санкт-Петербурга приблизится к нулю. Или и на это можно/нужно смотреть сквозь пальцы согласно "многовековой дипломатической традиции" "с каким-то пониманием и смирением"?

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.